Читайте нас также в жж



Архивы


Всего постов

4321
Фотографии животных

Алтай

Томск

Фотографии природы

Синай. Дахаб. Солнце, песок, секс, наркотики. Пост 7

13.10.2010

{Обед египтянина и бедуина-водителя на берегу моря.}

Водитель, который привёз израильтян, не владел ни одним из известных мне языков, кроме языка жестов. Бедуин что-то мычал и крутил руками.
– Что он хочет?! Айелет, что он хочет? Ты хочешь колу? Закажите ему колу! Нет, что он хочет, а?

Бедуин изо всех сил старался объяснить, что он ничего не хочет и чтобы ему ни в коем случае ничего не заказывали.

Египтятин, который собственно и заказал всей компании такси, не обращая внимания на жестикуляцию водителя, выяснил когда они собираются обратно, занял один из столиков и заказав кувшин с холодной водой и обед, пригласил бедуина разделить с ним трапезу.
Пара смотрелась очень артистично: египтянин с коричневым, точёным лицом что-то жевал и оживлённо объяснял бедуину, по-видимому “за жизнь”, показывая рукой, с зажатой в ней лепёшкой, обмакнув в хумус. Бедуин кивал ему, скромно отламывая от лепёшки куски. Когда они сидели рядом, отличия в их народах было очевидным: мягкие, кругловатые черты лица бедуина контрастировали с резкими, орлиными чертами лица египтянина.

Проходит час. Я лежу, положив голову Нете на голые коленки и смотрю на море. Со временем мне начинает казаться, что море надвигается на нас, словно хочет проглотить.
– Нета, а ведь циновки были дальше от воды, разве нет?
– По моему, да.
– Прилив! Точно прилив.
Ещё полметра и ресторан всплывёт на воде.

 

 

Ребятишки снова толпятся вокруг нас, в таких случаях полагается дать детям какой-то сувенир, чтобы отстали, но у нас ничего нет, кроме баночки типекса (הוא שם רשום של מותג המשווק בישראל) у меня в сумке.
Увидев баночку дети оживились, а потом оживилась и Нета и наблюдающий за действом араб: типеску нашлось применение в качестве лака для ногтей.
– Как ты думаешь, это не повредит им?
– Не знаю.
Араб заметил нашу мимику и попытался объяснить:
– нет, нет, не повредит, – сказал он на ужасающем английском.
– Ты местный?
– Нет, я из Каира.
– Тебе нравится в Синае?
– Нет, посмотри, какие здесь цены. И потом эти люди. У-у-ф!
– А чем ты занимаешься в Каире? Студент?
– Нет, я работаю в фирме по продаже христианских реликвий. Вот смотри: иконы итд. Если вы хотите увидеть красивые места, то вам надо ехать под Александрию. А тут – песок, везде один только песок. Вы долго ещё будете здесь?
– Нет, мы завтра утром уезжаем.
– А я сегодня, часов в десять вечера.
– Может быть вечером встретимся и погуляем?
– Давайте.

Подъехал Нор на джипе, подошли покрасневшие от солнца англичане. Мы погрузились и машина помчалась в обратный путь.
После протянувшихся по всему пляжу шикарных отелей, бедуинские дворики казались совсем уж жалкими и серыми. Пронзительный вопль автомобильного сигнала вернулся к нам не менее противным воплем верблюдов, разогнанных машиной и теперь бегуших позади нас в клубах пыли, столбом поднятой с дороги.
Последний вечер в Синае, надо купить подарки друзьям на оставшиеся деньги, которых нет.
– Нета, ты помнишь, что цену на такси, которую нам назвал Нор надо умножить на два?
– Но он вроде сказал десять фунтов!
– А я тебе говорю, что это будет стоить все 20ть фунтов на человека!

Что я не люблю делать с женщинами, это ходить по магазинам.
– Это настоящий шёлк, – объясняет нам владелец лавки сувениров. Это платье очень дорогое, но это настоящий каирский шёлк, такого вы в Израиле не найдёте.
– Ты будешь это брать?
– Нет.
– Так давай будем выбирать из того, что мы сможем купить.
– Ой, смотри, какая куфия!
– У меня дома такая же и я купил её за 20ть шекелей в Акко.
– А кисточки!
– Да, кисточек на моей нет, но эта и стоит дороже.
– Подожди, я скину цену.
– Опять? Нет!
– Ну она очень классная.
– Так. Я жду снаружи и на это бесстыдство смотреть уже не хочу, делай что хочешь.

На улице мне приходится отшить двух назойливых таксистов.
Улица вечером напоминает Бродвей из фильмов. Через десять минут появляется сияющая Нета с пакетом в руке.
– Поздравляю, – с сарказмом говорю я. Что дальше в нашей программе?
Дальше мы поссорились. На углу улицы стоял ювелирный магазин. Нета прошла глубоко внутрь, вдоль блистающих самоцветами витрин. Один из хозяев магазина с заговорщицким видом подоёл ко мне и взяв меня за плечо спросив на жутком иврите: Твоя подружка, сестра?, начал показывать руками неприличные жесты, ухмыляясь.
Кровь прилила к моей голове.
– В чём твоя проблемма, крикнул я, – Нета, пошли отсюда, быстро.
Через секунду мы были уже на улице.
– почему ты на меня кричишь?
– Я не на тебя. Я злюсь на этого урода.
– А почему кричишь на меня?
– Извини.
Рассерженая Нета не обращая внимания на меня двигалась по улице. Не заговаривая со мной, не отвечая мне.

И тут мы встретили Али бабу-парфюмерию.

{Али-баба и его Parfumeria ALI}
– Эй, израильтяне! – догнал нас плотный, низенький человечек.

  • Добавить в livejournalLivejournal

Comments

comments

РЕПОРТАЖИ // СТАТЬИ // НОВОСТИ
Рецензии к фильмам
Культура
Статьи, аналитика, обзоры, репортажи
Хватит кормить Москву!
Монстрации в Новосибирске
Исторические фотографии - архивы - Новосибирск
Круглые столы